Русская девочка Маша участвует в конкурсах красоты. Ее родители давно живут в Америке, продают дома и уверены: соревноваться, как и продавать, надо уметь. И учиться этому никогда не рано. Поэтому Маша с трех лет в «бизнесе». Спросишь их: – Что нового у вас? Так обязательно расскажут о победах: то Маша победила в номинации «Вечернее платье», то первая по бикини.

Маша красивая, как может быть красивой восьмилетняя девочка. В накрашенном виде, говорят, это нечто. Один из самых престижных конкурсов – «Маленькая Мисс Совершенство». На первый взгляд, все понятно, начиная с ведущего по имени Майкл Галанес. В теле этого мужчины спрятана маленькая нарядная девочка с жемчужными зубами и локонами.

Мы все, как матрешки, у кого что внутри: вот у ведущего женственная принцесса в блесящем платье. Но мозги, конечно, мужские. Бизнес конкурсов детской красоты не просто доходный, а доходнейший, почти наркотический. По сути, это и есть наркотик – для мам. Так кажется на первый взгляд. Бросается в глаза некрасивость родительниц – изношенность, бесформенность, так и задумаешься: «Что это жизнь с нами, девочками, делает?». 70 процентов мам маленьких красавиц далеки от совершенства, как Плутон от Солнца, имеют бородавки, редковолосы и одеты в мешки из-под картошки, замаскированные под джинсы с футболками. Даже если встречаются мамы вполне ничего, симпатичные внешне, то все равно есть какая-нибудь странность: одна моргает глазами, а другая, несмотря на ямочки на щеках, глубоко недовольна жизнью. Всем им нужна корона. Поэтому они своих девочек учат ходить, смотреть, хлопать ресницами и мазать тело автозагаром. Многие девочки в этот бизнесе пришли еще в памперсах со стразами. Многие не помнят свой первый выход на сцену, так были малы... В Америке над этими конкурсами потешаются, есть даже общество защиты маленьких девочек от таких конкурсов и мам. Их пародируют, а мам спрашивают: «Все ли у вас дома?». Мамы уверенно говорят: – Да! И обвиняют «защитников детства» в лицемерии. Красивым – везде у нас дорога. В этом уверены и стараются защитить и научить своих девочек быть красавицами. Чтобы им легче жилось в этом страшном, местами уродливом мире. И со страстью тренируют маленьких принцесс, выталкивают их на сцену. Одни девочки на ней как рыбы в воде, а другие мучаются, подать себя не могут и не хотят – несчастные, застенчивые зайчики, наряженные в костюмы стриптизерш из Лас-Вегаса. Мамы, которых ругают за глупость, отвечают: это очень важно в реальной жизни, чтобы девочка умела улыбаться сразу всем, грациозно разводить руками, вилять бедрами, демонстрировать густоту волос и отвечать на вопросы глупо-женственно. Без этого она будет несчастна и обречена на вечное мытье тарелок и раскладывание белья по шкафам. Ведущий задал вопрос конкурсантке, которая стояла, как балерина, - ноги в третьей позиции, головка вскинута: – Если бы вдруг ты поменялась телом со своей мамой, что бы сделала в первую очередь? Маленькая ответила: – Пошла бы по магазинами, купила бы платья, туфли и много-много украшений. Потратила бы все деньги с кредитки!

Судьи сказали: – Как мило! И поставили ей высокий балл за правильный ответ. Вспомнили, как сто лет назад тоже играли в «куколка, балетница, выбражуля, сплетница», ходили в высоких сапогах на каблуках-гвоздиках, кофты подвязывали под грудью, делали начес и красили ресницы, поплевав на ленинградскую тушь. Перед возвращением родителей, все убиралось, смывалось и пряталось – чтобы никаких взрослых, судей, нервов и нескромных взглядов людей, у которых непонятно какая злая матрешка спрятана внутри. А девочки они открытые – все, как на ладони