У нас в доме есть всё: и ужасные двухлетки, и трудный подростковый период, и кризис среднего возраста, и старческий маразм. Короче, дом - полная чаша.

И в подтверждение…

Прихожу с работы домой. Чуть раздраженный. Надо понимать, устал. Пол усеян детскими игрушками. Девочка постаралась. Посередине комнаты натыкаюсь на мешок с детской одеждой. Знакомые отдали для сына. Вскипаю:

- Слушайте, я на этот мешок натыкаюсь уже месяц. Можно это как-то убрать?

Прибегает жена.

- Адрюха! - Кричит сыну. - Я когда просила тебя померить вещи?

Прибегает сын. Встает рядом с мамой и притихшей сестрой.

- Так, семейка, – решительно рублю ладонью я. - С сегодняшнего дня чтобы было так: сделали и забыли. Всё ясно?

- А мы так и делаем, - хлопает глазами жена. – Только мы первый этап пропускаем.

Или вот ещё. С утра варю кофе в турке. На самом подходе, когда пенка полезла вверх, жена вдруг вмешалась в процесс, пытаясь снять турку первой. Я бросился наперерез. Мой же кофе! Короче, в борьбе уделали всю плиту.

- Хороший же мне муж достался, - заметила она саркастически.

У нас в семье не принято лезть в карман за словом.

- Да если бы не я, - взвилась моя гордость, - ты сейчас сидела бы в палатке и торговала пивом.

- А если бы не я, - получаю в ответ, - ты сидел где-нибудь в подворотне в обнимку с бутылкой портвейна.

Да. Замечательного мы мнения о личности друг друга.

За завтраком смотрим новости. Жена отвлеклась на кухне и пропустила репортаж о самоубийстве медсестры, разболтавшей о состоянии английской принцессы.

- Так в чём там дело? - поинтересовалась она.

- Ну, понимаешь, - стал я объяснять, - надо начать с того, что в Англии с давних пор сложилась монархия.

- Да ты что! – деланно удивляется она. - А кто сейчас правит: капетинги или плантагенеты?

- Вот насчет сексуальной ориентации, - почесал в затылке я, - не уверен… Так вот, однажды Ричард Львиное Сердце...

Ржём. Так и общаемся.

Между тем, жена решила следить за моем здоровьем и начала готовить и подсовывать мне в качестве еды капусту и овощи во всех видах. Вот и сегодня с утра, вместо мяса, стала разогревать приготовленную в промышленных масштабах брюссельскую капусту.

- Слушай, - говорю я, - скоро ты обнаружишь рядом не мужика, а кролика.

Ответ не заставил себя ждать.

- Главное, - решительно ставя на стол капусту, сказала она, - чтобы не козла.            

Позднее за завтраком жена рассказала, как в возрасте 13 лет встретила на тропинке эксгибициониста. Говорит, иду я утром в школу в ленточках и бантиках. Вдруг слышу, позади какой-то мужик идет в таком плаще и сумка у него через плечо. А лицо у него такое благостное, улыбается, на актера какого-то известного похож.

- Мож, это актер и был? - переспрашиваю.

- Не знаю. Вот иду я, а сама думаю, и чего он за мной идет. Оборачиваюсь, а он так сумку спереди отводит, а у него там... висит.

- Может, стоит, ничего не путаешь?

- Нет, именно, что висит. Я глазам своим не поверила, хихикнула, и иду дальше. А он тоже не отстает. Я тогда еще обернулась, а он снова сумку в сторону отводит и опять... это. Я опять хихикнула. А он все не отстает...

- Дальше, можешь не рассказывать, – перебил её рассказ я. – Всё понятно. Так вы и шли. Ты время от времени оборачивалась, он сумку свою убирал, там висит, ты хихикала. Да?

- Дурак!..

И напоследок, когда я, вздыхая, собирался на работу, она меня добила фразой:

- Не вздыхай. У каждого в жизни свой квест.

Вечером, благодаря ТВ, вспоминаю, что сегодня Прощёное Воскресенье. Кричу жене на кухню:

- Эй! Я прощаю тебя. А ты меня?

И что же я слышу в ответ:

- Хорошо, я тебя прощу… прощу я тебя… прощу… но только, если ты расскажешь мне всё, за что я тебя должна простить.

А сама? Блин, вот что за женщина. Недавно целый час искал купленное в русском магазине сало в холодильнике. Надо же так спрятать! Мол, она печётся о моем холестерине. Но видится мне, что здесь что-то другое, сама-то сало, я вижу, отрезает.

Подошел сын.

- Папа, можно я себе игру куплю по интернету? Она стоит десять долларов.

- Понимаешь, сынок… - начинаю мяться я.

- Ты не волнуйся, папа, я тебе заплачу. Вот…

Достает и кладет на стол мятую десятку. То есть, покупать он будет на мою карточку, которая у него уже где-то забита, а это компенсация.

- А-а, ну это другое дело, – говорю я. – Конечно, покупай, сынок.

Он радостно убегает к себе в комнату за новой игрой.

- Постой, - вдруг посещает меня неожиданная мысль, - а откуда у него деньги?

С подозрением смотрю не жену.

- Понятия не имею, - пожимает плечами она, а глаза у самой такие честные-пречестные.

Чувствую, что меня в этой семье где-то обувают. А где, пока не понимаю.

Двухлетняя Нуну тоже не отстаёт. Засунула два кубика в майку на груди и гордо сказала: "Сиси". Потом протянула ещё два кубика мне: "И у папы сиси".

Растёт. Почти уже девица. Чувствую, молодым людям, когда она вырастет, будет не до смеха. Поделился мыслью с супругой.

- Еще чуть-чуть, и мы этим мальчишкам покажем.

- Будешь смеяться, - с сарказмом заметила она, - они только этого и ждут.  

Перед тем, как сесть за стол ужинать, жена в свою очередь устроила разнос  мне и сыну.

- Вы посмотрите, что у вас на полу творится! К ногам уже всё цепляется. Можно, наконец, это пропылесосить. А это чьи вещи разбросаны? Мальчик, я же просила не бросать одежду, где ты из неё вылез! Ты где?

Из-за закрытой двери клозета донесся истеричный голос подростка:

- Мама, я в туалете!

- А-а... ну, это можно, - тут же остыла жена.

Уже под самый вечер, вспоминаю, что надо вынести мусор. Боже, сколько же современный человек потребляет! Это ужас! Об этом можно судить по количеству мусора, которое я выношу каждую неделю. Сегодня я выношу к утреннему приезду мусоровоза пять больших пластиковых мешков. Даже жена в изумлении воскликнула:

- Быстрее выноси, а то подумают, что у нас расчленёнка.

Кстати, совсем недавно объявили, что такого-то числа будет конец света. Весь мир готовился. И мы, чем мы хуже. Сегодня назначенный день. Он прошел - и ничего.

На часах 12:02 ночи. Уже пошёл новый день. Мы пьем чай после длинного хлопотного дня, перед тем как пойти спать.

- Смотри, а конец света уже кончился, - кивнул я жене на часы.

- Знаешь, что я могу тебе сказать, - пожала плечами она. - А конец света, оказалось - это мой обычный день.